Эко истории из жизни

Эко истории из жизни

Я мечтаю о моем малыше уже долгие семь лет. И не надо говорить мне, что это недолго, что другие и пятнадцать лет лечатся! Для меня это очень долгий срок.

Эта совершенно безумная история случилась со мной пару лет назад.

Ситуация у меня непростая, хочу ею поделиться и спросить совета. Расскажу о себе сначала. Мне сейчас 26 лет, пять лет я замужем. Ребенка мы хотели сразу, но сразу не получалось.

Мы с супругом десять лет женаты, нам уже почти сорок. Первые несколько лет нашего брака он решительно не хотел детей. Когда нам было по 35, наконец, созрел… Два года мы пытались зачать. Все безрезультатно.

На бессмысленную борьбу с бесплодием я потратила двадцать лет. За плечами осталось семь провальных протоколов ЭКО… Кажется, что я уже могу написать энциклопедию с залихватским названием «Забеременей».

Сколько сил у меня на это ушло! Как тяжело!

  • Бесплодие
  • Женское бесплодие
  • Мужское бесплодие
  • Диагностика бесплодия
  • Питание и диеты
  • Всё об ЭКО
    • ЭКО по ОМС
    • Технологии и программы
    • Статистика
    • Эмбриология
    • Психология
    • ЭКО и религия
    • За рубежом
    • Беременность и роды после ЭКО
    • Донорские программы
      • Донорство ооцитов
      • Донорство спермы
      • Суррогатное материнство
      • Искусственная инсеминация
      • Фармакология
      • Законодательство
        • Нормативные акты
        • Типовые документы по суррогатному материнству
        • Полезная информация
          • Глоссарий
          • Справочник заболеваний
          • Рейтинг клиник
          • Калькуляторы
          • Интересное
          • Известные люди
          • Усыновление
          • Опросы
          • Интернет-портал «Пробирка» зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 23 мая 2019 года. Номер свидетельства № ФС77-75768. Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные в комментариях читателей.

            Сегодня они тихо сопят в своих кроватках, хотя могли так и не появиться на свет. Мамы малышей, зачатых методом ЭКО, рассказали Анне Васильевой о том, как пережить диагноз «бесплодие» и на что способна женщина ради своего ребенка.

            Анастасия, 30 лет, количество протоколов (термин обозначает стимуляцию выработки яйцеклеток в организме женщины, предшествующую ЭКО) — 1, удачных беременностей — 1

            В 25-й день рождения у меня обнаружили рак правого яичника. У молодой девушки, самой главной проблемой которой было подобрать правильный гардероб к отпуску, нашли смертельную болезнь. Казалось, я схожу с ума. Мне быстро сделали операцию, потом была химиотерапия, долгий процесс реабилитации. Едва я пришла в себя, врачи нашли новую проблему — кисту в брюшной полости. Болезнь прогрессировала, меня положили на обследование, где неожиданно выяснилось, что это не киста, а беременность. Это был самый большой шок! После операции и «химии» беременность была в принципе невозможна. Ребенка, который каким-то чудом развивался во мне, рожать было нельзя, но я не могла избавиться от малыша. Природа решила все сама — беременность прервалась, и что-то во мне прервалось тоже: я уже почувствовала, что такое вынашивать и готовиться стать матерью.

            После выкидыша онколог заявил ­довольно жестко: «Забудьте о детях». Я решила, что забыть всегда успею, и начала восстанавливать организм. И вот однажды, когда я пришла за результатами анализов, все тот же врач пролистал мою карту и сказал: «У вас все в порядке. Разрешаю вам с мужем попробовать». Врач знал мою историю болезни, поэтому предложил не тратить времени на попытки забеременеть естественным путем, учитывая единственный яичник, а сделать ЭКО.

            Рассчитывать на бесплатное ЭКО мы с мужем не могли — кто в здравом уме выдаст квоту женщине с химиотерапией в анамнезе? Пришлось платить. Каким-то образом я нашла деньги, и мы вступили в свой первый протокол. Но в середине стимуляции муж преподнес мне «сюрприз» — сказал, что встретил более здоровую женщину. Выяснилось, что он «смертельно устал» от моих «безуспешных попыток вылечиться и вечной озабоченности беременностью»: «Ты не можешь родить, ты неполноценная, а я могу иметь детей. Так зачем мне тратить столько денег на ЭКО?» Я действительно почувствовала ­себя неполноценной. Но длилось состояние недолго: через неделю меня ждали в клинике. Оказалось, что в результате протокола у меня созрело 8 клеток, все хорошего качества. Врач сказал, что новости прекрасные. Как же быть с тем, что мужа рядом уже нет? Все, кто работал со мной в клинике, в один голос заявили: «Не останавливаться!» И предложили ЭКО донорской спермой. Я согласилась — после рака и прерванной беременности такая мелочь, как отец-донор, меня уже не пугала. А затем случилось еще одно чудо — удачно оплодотворились все 8 из 8 эмбрионов, то есть 100 %. У моего врача в практике такое было впервые. Подсадили два. Так началась беременность, которая подарила мне двух малышей — Наташу и Андрюшу. Моих детей.

            Марта, 33 года, количество протоколов — 1, удачных беременностей — 1

            Многодетной мамой я никогда себя не представляла. Учителем, врачом, переводчиком, даже президентом — да. А вот многодетной мамой быть не планировала. Прожив вместе год или полтора, мы с моей любимой девушкой задумались о детях. Да, мы растили мою старшую дочь, но было совершенно очевидно, что у нас достаточно любви еще на одного, а может, и двоих детей. Открытыми были лишь два вопроса: кому рожать и от кого? После длительного обсуждения решили, что отцом станет наш гетеросексуальный приятель, живущий в другом городе. Главными его достоинствами были удаленность от нас и полная незаинтересованность вопросом воспитания. Хотя и внешность, и интеллект, конечно, тоже!

            Первый раз в клинику мы пришли в ноябре 2006 года. Сдали все анализы и получили «зеленый свет» на искусственную инсеминацию. Но она сорвалась, так как в первый раз овуляция произошла за несколько часов до срока. Во второй — оказалась безрезультатной. Слезы, слезы, слезы. Мы попросили нашего друга в последний раз приехать в Москву и решили попробовать ЭКО без стимуляции. Эта «последняя» попытка закончилась ничем: во время пункции врачи достали пустую яйцеклетку. Оплодотворять было нечего, и мы ­решили отказаться от затеи.

            Когда врач задала вопрос, буду ли я пытаться еще раз, неожиданно для себя я ответила: «Да!» Так мы с подругой снова пришли в клинику. Было решено не надеяться на чудо и планировать ЭКО со стимуляцией. Врач назначила курс гормональных уколов, увеличивших число яйцеклеток до 8. Наконец настал день, когда яйцеклетки пунктировали и с помощью размороженной спермы нашего друга создали эмбрионов. Через три дня двоих подсадили мне. Остальные шесть остались в клинике и должны были быть заморожены на случай неудачи.

            Через два дня нам позвонили из клиники и сказали, что все неподсаженные эмбрионы погибли. Я плакала так, как если бы они были уже рожденными детьми. Казалось, что и тех, кто внутри меня, ждет та же участь. Но наутро я проснулась с огромным раздувшимся животом и ужасно испугалась. Началась гиперстимуляция яичников. Я плакала от боли, не могла ходить, не могла есть, не влезала в одежду. Оказывается, такое происходит у каждой третьей женщины, которая стимулирует развитие яйцеклеток. Наш доктор велела перейти на белковую диету, приехать на капельницы и обнадежила тем, что это верный симптом беременности. На все капельницы мы ездили вместе, и жена держала меня за руку по 4 часа, пока капали глюкозу и белок. В день, когда мне ставили последнюю капельницу, мы узнали, что заветный ХГЧ у нас 117, — это означало, что я беременна. Врачи и медсестры умилялись и плакали вместе с нами.

            Читайте также:  Сколько стоит сходить в музей

            Сразу же после этого анализа наша жизнь изменилась. Родители, которые до этого скептически поглядывали на «заблаживших» дочерей, приняли решение помогать молодой семье. Перспектива стать бабушками и дедушками вдохнула в них новую жизнь. Еще через неделю мы узнали, что детей двое, и нашей радости стало вдвое больше. Кстати, хочу отметить, что мы были абсолютно открыты как пара для всех врачей, кто нас вел, и отношение к нам было более чем толерантное. Единственной неожиданностью стали начавшиеся на 33-й неделе схватки, которые удалось снять только уже в роддоме. Неделю я лежала под капельницами, скучая по жене и дочке. Видимо, поэтому малышня решила родиться досрочно. Мы появились на свет, недотерпев три часа до 35-й недели.

            Первое, что я услышала, очнувшись от наркоза: «Мы ничего не обещаем, все произошло слишком рано». Второе: «Молитесь, чтобы не остались овощами». Принято считать, что детей выхаживают начиная с 28-й недели, но никто не рассказывает о том, что дети на этом сроке имеют огромные риски остаться глухими, слепыми, получить ДЦП.

            Мы ездили в больницу каждый день. Снова вдвоем. Снова без единого вопроса от окружающих. Учились держать их на руках. 1700 и 2000 г — ­наши маленькие комочки счастья. Мы учились менять им памперсы, хотя с них слетал даже самый маленький размер. Мы выбирали шапочки, которые будут впору маленьким головкам. Мы учили их есть молоко из шприца и давали соску, чтобы сформировать ­сосательный рефлекс. Мы их выходили и через месяц забрали домой. Дальше. А что, собственно, дальше? Мы привыкли быть многодетной семьей: ходить за покупками, не реагировать на удивленные взгляды прохожих, отвечать на бесконечные: «И мальчик, и девочка? Как вам повезло!» Нашим детям скоро 5 лет. Они совершенно здоровые и прекрасные бутузы. Мы с женой по-прежнему вместе и счастливы. И знаете что? Кажется, мне это нравится даже больше, чем я могла ­себе представить.

            Анастасия, 37 лет, количество процедур ЭКО — 1, удачных беременностей — 1

            Наверное, история моего ЭКО отличается от всех, что вы слышали или ожидаете услышать. Дело в том, что я никогда не любила детей. И рожать их тоже не хотела. Вот так. Возможно, это связано с генами или гормонами — не знаю. Лечиться от этого я точно никогда не собиралась, жизнь устраивала меня и без детей. Да что там устраивала — она была прекрасна! Пятнадцать лет назад мы вместе с мужем переехали в Москву, он выстроил собственную IT-компанию. Когда у тебя есть масса планов, друзей и неограниченные ресурсы, каждый день может быть просто сказкой: новые впечатления, магазины, поездки. Лето мы проводили на яхте или на даче, со множеством гостей, музыкой, вином и танцами до утра. Зиму — в Майами. Перспективы прожить так десятки лет портило лишь одно — муж хотел наследника.

            Однажды вечером мы приехали к знакомым, чтобы поздравить их с рождением отпрыска. Помню, что вручили хозяевам нелепый развивающий коврик с погремушками. Тем же вечером муж пригрозил разводом, если мы не начнем планировать собственное потомство. Нужно было что-то делать, и я придумала что: начала лечиться от бесплодия.

            Известно, что сбор анализов может занять месяцы, а лечение — годы, да и то результат не гарантирован. Это меня полностью устраивало. Первым делом врач посоветовал набрать несколько килограммов (об этой рекомендации я решила забыть), а мужу — прекратить посещать баню: высокие температуры замедляют активность сперматозоидов. Муж, конечно, расстроился, но все обернулось к лучшему: он стал больше времени проводить дома. ­Субботними вечерами мы сидели вдвоем, иногда просто играли в «Монополию». Мне перемены нравились все больше, поэтому я продолжала посещать врача и… принимать противозачаточные таблетки. Ничего не зная о таблетках, окружающие старались меня поддерживать: «Процесс зачатия не быстрый, но когда-нибудь все обязательно получится». Те же слова повторял врач.

            Через два года медицинских консультаций результатов все еще не было. И тогда наша общая знакомая, конечно же «из лучших побуждений», предложила мужу поискать в моей сумочке круглые маленькие пилюли, 21 штуку в пачке, а когда нашел — раскрыла ему их назначение. Не говоря ни слова, он оставил пачку на столе в гостиной, собрал вещи и уехал.

            Что сказать? Это был веский аргумент. Решение нужно было принимать быстро и беременеть тоже — дата развода уже была назначена. ЭКО стало идеальным выходом. Все получилось как-то само собой. Я позвонила мужу и предложила попробовать «в последний раз». Вместе мы пришли в клинику. Так как все необходимые анализы имелись, процедуру нам сделали уже в следующий цикл. Обошлись даже без протокола — единственная изъятая для ЭКО яйцеклетка оказалась идеально работоспособной. ЭКО, подсадка, анализы на гормоны — через две недели нас поздравили с удачной беременностью. Муж был счастлив и все простил. Сегодня нашему сыну 6 месяцев. Он милый карапуз, похож на папу. Как и всем матерям, мне приходится менять подгузники и вытирать слюни — все не так страшно, как казалось раньше. Своего ребенка я люблю, к тому же у нас есть няня. А главное, муж по-прежнему рядом и бесконечно благодарен за «подарок».

            Юлия, 29 лет, количество протоколов — 1, удачных беременностей — 1

            Свой рассказ я бы назвала «историей о том, как одна глупая девушка потеряла право на государственную квоту, но героически защитила сперму мужа от пограничников». Помню, первого врача, к которой я пришла на консультацию по поводу квоты на ЭКО, звали Людмила Михайловна. Разговор у нас получился длинным. Она задавала наводящие вопросы, я запоем рассказывала: был герпес, лечилась от ЗППП, проблемы с проходимостью труб. Врач по-матерински кивала, что-то там записывала, сочувствовала, охала, спрашивала: «А еще заболевания были?» Я продолжала заливаться соловьем. Через 10 дней пришло уведомление о том, что по медицинским причинам мне в квоте отказано. Вот вам и расплата за откровенность.

            Читайте также:  Закуска из помидор к шашлыку

            В третьей по счету платной клинике врач показался достойным доверия. С ним я вступила в протокол. Проблемы начались в другом — мужу предложили длительную заграничную командировку, поэтому он не мог сдавать сперму лично. «Конечно, вы можете привезти биоматериал в криостате, мы подготовим все необходимые документы и разрешение на перевоз через границу», — сказал мне лечащий врач. Так я стала курьером.

            В одно прекрасное утро в пять часов мой рейс приземлился в московском аэропорту. Конечно, сонные дамы на таможне слыхом не слыхивали о разрешении на ввоз спермы в криостате (которое в аэропорт высылали накануне из клиники). Зато темно-синий чемодан-холодильник с пробиркой внутри вызвал их живое любопытство. Мертвой хваткой они вцепились в мой ценный груз и потребовали его вскрыть. Я схватилась за заветный чемодан с другой стороны в твердой решимости помешать размораживанию — протокол уже подходил к концу, и второго шанса «сгонять» за спермой у меня не было. Свободной рукой я в панике набрала телефон дежурной медсестры. Пока я сражалась за ящик, она готовила нужные документы. Спустя три часа «пограничного конфликта» я все же отстояла право стать матерью и направилась прямиком в клинику.

            Несколько недель после подсадки эмбрионов мы пребывали в напряженном ожидании. Однажды вечером я вышла на балкон, чтобы поговорить с мужем по телефону, и вдруг, сама не ожидая, начала на него кричать. Даже не поняла почему. А он, выслушав, сказал: «Сходи на УЗИ». УЗИ показало маленькую точку на мониторе. Я сделала фото и отправила мужу. «Что за точки ты мне присылаешь?» — проворчал он в трубку. «Это твой ребенок, дурачок!» — ответила я.

            История моя очень стандартная — для нашей сегодняшней жизни. Конечно, очень хотелось настоящую семью, конечно, детей. Но и добиться в жизни тоже чего-то хотелось. И когда мы всерьез с мужем подошли к вопросу рождения ребенка, оказалось, что все уже не так просто, как мы себе представляли. Много лет мы безуспешно бегали по врачам, искали причину наших неудач, и, честно говоря, до сих пор окончательно так и не нашли. Впрочем, как вы понимаете, сейчас это уже неважно.

            До сих пор благодарна своей подруге, счастливой мамочке двух мальчишек, которая, глядя на мои мытарства, в какой-то момент сказала мне: «Слушай, может, вам попробовать ЭКО? Рядом с нами, на Екатерининской, как раз не так давно открылась новая клиника…» Все это было поздней осенью 2012 года.

            Мой муж, конечно, сомневался: одно дело, когда все происходит само собой, и совсем другое, когда в дела природы вмешивается человек, пусть даже вооруженный наукой. Но в какой-то момент он понял, как сильна моя решимость, и поддержал меня. И вот, в декабре я попала, наконец, на первичный прием к репродуктологу в клинику «Мать и Дитя».

            На приеме получила список анализов, который нужно было сдать для подготовки к ЭКО, старалась все сдать и пройти побыстрее, но, как говорится, скоро сказка сказывается… И позже, на примере и своих подруг, я поняла, что в этом вопросе все должно идти своим чередом, не стоит торопить события. Некоторые анализы делаются достаточно долго, да и организм должен быть подготовлен и настроен на программу. У меня весь период подготовки занял чуть больше 3-х месяцев, за время которых я постаралась отдохнуть в санатории и подлечить свои «негинекологические» болячки. В итоге только в марте 2013 года я снова пришла на прием к Наталье Алексеевне Ким в «Мать и Дитя».

            Я хорошо помню этот разговор. Она сказала мне, что главная проблема у нас с мужем на двоих – непроходимость моих труб, и, если мы хотим, мы можем для начала попробовать операцию для восстановления этой проходимости (лапароскопию), тогда после операции в течение полугода, если нам повезет, у нас может произойти самостоятельная беременность. Но сколько времени все это займет? Снова годы? Второй вариант – сразу же, сейчас сделать ЭКО. Это значит, весь процесс, который в обычной жизни происходит внутри женского организма, репродуктолог и эмбриолог берут на себя. Мы с мужем сдадим наш «материал», и наш будущий ребенок зародится от соединения яйцеклетки и сперматозоида «в пробирке». Потом готовый эмбрион возвращается туда, где ему и положено быть, в женскую матку, и растет и развивается там, как и зачатый традиционным образом ребенок.

            Честно говоря, я быстро приняла решение. Я изначально была настроена на ЭКО, и ждать, терять уже очень драгоценное время, мне больше не хотелось. И вот, как мы с Натальей Алексеевной и запланировали, на второй день моего цикла, в середине апреля я пришла к ней на очередной прием. Мы подписали с ней все документы, сделали узи (фолликулометрию), чтобы убедиться, что в этом цикле все идет как надо. Я заплатила за программу, получила в клинике препараты, прослушала все инструкции, как и когда их вводить, и, что называется, вступила в протокол ЭКО. Отныне в течение этого месяца, все естественные процессы, которые каждый месяц происходят в моем организме, будут идти под четким управлением врача. Это он решает, когда и как будут расти фолликулы, когда созреют яйцеклетки, когда начнется овуляция. Все это было страшновато, но почему-то даже волшебно. До сих пор мне кажется невероятным, что человек в своей эволюции смог достичь такого сокровенного знания!

            В течение двух недель я еще несколько раз была у Натальи Алексеевны, делала повторно фолликулометрию, чтобы мы с ней могли контролировать процесс, изменить, если потребуется, дозировки препаратов, вовремя увидеть, когда организм будет готов. Суть стандартной процедуры ЭКО в следующем: с помощью стимуляции женского организма специальными препаратами добиться того, чтобы в нем одновременно выросло не один-два (как в обычном цикле), а много фолликулов, содержащих яйцеклетки. Собрать этот урожай можно во время микрооперации, которая называется пункция. Потом все собранные с помощью пункции женские яйцеклетки помещают вместе с мужскими сперматозоидами, и позже (уже на следующий день) оценивают, сколько пар соединилось в эмбрионы. Конечно, я говорю о самом простом варианте, ведь бывает все сложнее, когда женского или мужского материала мало, или качество его не очень хорошее, тогда эмбриологи и репродуктологи применяют более сложные, изощренные способы и инструменты, чтобы добиться желанной беременности.

            Читайте также:  Как завоевать внимание мужчины

            Но у нас на тот момент все шло хорошо. На фолликулометрии было видно, что у меня росло не меньше 17 фолликулов, а значит, наши шансы на удачу были достаточно велики.

            И вот, накануне майских праздников, мы с мужем поставили мой самый решающий укол, который стимулирует овуляцию, и через 36 часов, в 12 часов 1 мая мы вместе с мужем пришли в клинику — я на пункцию, он на сдачу спермы. Я помню, что в тот день клиника была необычно пуста — 1 мая, праздник, обычного приема не велось, проводились только операции и манипуляции. Ведь если овуляция наступила, или эмбрион созрел, нельзя попросить их подождать до конца майских каникул, поэтому все, что требуется, делается в клинике и в выходные, и в праздники. Меня проводили в симпатичную палату, где я должна была переодеться и подождать, а потом полежать после пункции. Помню, как я сидела в палате в одноразовом халатике, ждала, когда меня позовут. Очень нервничала. Решила написать примирительную смску подруге, с которой мы поссорились и не общались уже пару месяцев: я чувствовала, что нахожусь на пороге новой жизни, и не хотелось брать в нее с собой что-то плохое.

            Саму операцию я, конечно, не помню, мне сразу же сделали наркоз, и я очнулась опять в палате. Вся процедура заняла совсем немного времени, я лежала и соображала, что вроде ничего не болит, мне было приятно, что меня никто не торопил вставать. Потом подошла Наталия Алексеевна, присела и рассказала, что всего получено 15 ооцитов. «15 тоже неплохо», — подумала я. Но Наталия Алексеевна еще до этого предупреждала меня, что не все фолликулы могут содержать яйцеклетки, некоторые могут быть пустыми. И не все яйцеклетки могут оплодотвориться… И все же я надеялась на лучшее.

            Но уже вечером нас с мужем ждало большое разочарование. Эмбриолог, Татьяна Баева, телефон которой мне дали в клинике, сообщила нам, что все мои яйцеклетки оказались плохого качества! Увы, так бывает… «Но не волнуйтесь, мы будем наблюдать, как пойдут дела дальше!» – сказала она, и предложила позвонить на следующий день. Как я расстроилась тогда — не передать словами! И все же я благодарна Татьяне, что она не стала скрывать от меня ситуацию, какой она была на тот момент. Наталия Алексеевна, которой я позвонила, была в курсе, и велела мне не расстраиваться раньше времени, а приходить на подсадку 3 мая. Вечером я снова позвонила эмбриологу. Оказалось, что из всего моего урожая, у нас, несмотря на вчерашнее расстройство с яйцеклетками, самостоятельно оплодотворилось 3 эмбриончика, пока они потихонечку растут, и есть надежда. Татьяна заверила меня, что она следит за ними очень пристально, и не даст их в обиду.

            И вот, 3 мая я пришла снова в мою клинику. Меня провели в операционную, по дороге я встретила Татьяну, моего эмбриолога. И тут она очень порадовала меня, оказалось, что у нас есть один эмбрион отличного качества, остальные 2 качеством похуже. Позже, меня пригласили в операционную, на подсадку. Там была Наталия Алексеевна, мы с ней уже условились, что подсаживать будем тот самый, качественный эмбрион и второй, качеством похуже. А третий останется, если получится, на крио (заморозку). Потом в операционную зашла Татьяна, эмбриолог, и торжественно, с улыбкой назвала мою фамилию, и характеристики эмбрионов. Подсадку делают без наркоза, и я могла сама на экране аппарата узи наблюдать, как в матку положили две маленькие точки. И все. Позже я получила инструкции, что делать, какие препараты ставить дальше, сдать анализ на ХГЧ 14 мая и с ним прийти на прием.

            Следующие майские дни для меня были хуже пытки. Кто пробовал – тот знает… Я бесчисленное количество раз делала тесты на беременность, видела нулевой результат, расстраивалась, потом опять надеялась, обещала себе дотерпеть до того самого дня, но снова потихоньку покупала тест. Помню, как 9 мая, гуляя с подругой, которая была в курсе моих приключений, я сказала: «Как жаль, что не получилось. Мне так хотелось, чтобы мой первый триместр прошел летом, когда тепло, есть фрукты-ягоды… Ну ничего, осенью попробую еще раз!» И вот, 11 мая утром я снова делаю тест, сначала на нем ничего нет, но взглянув на него через какое-то время, я вдруг вижу некую слабую, едва заметную вторую полоску. «Призрак призрака», как выражаются девчонки на нашем форуме. Не верю, повторяю тест вечером, на нем опять ничего. «Показалось», — решаю я, а сама жду с нетерпением утро. Утром 12-го мая тест опять показывает слабенький голубой результат, и я галопом несусь в лабораторию сдавать ХГЧ. Результат – 65. Мамочки………

            А дальше оказалось, что наши с мужем волнения только начались. ХГЧ, как ему и положено при беременности, удваивался каждые 2 дня, потом я счастливая полетела на прием к Наталье Алексеевне, которая была за меня по-настоящему рада! Как я ей благодарна…. Она расписала мне поддержку, постоянно справлялась о моем здоровье, а позже, на 5-й неделе моей долгожданной беременности из рук в руки передала своей коллеге Пешиной Марине Владимировне. Так что свою беременность я тоже вела в клинике «Мать и Дитя».

            Конечно, во время беременности, я дрожала над каждым ощущением, и пару раз, по тревоге, я бежала в клинику за срочной помощью. Мне ни разу не отказали в экстренном приеме, пристраивали без очереди на узи или ктг, и, честное слово, это дорогого стоит.

            Сейчас я мама (написала – и навернулась слеза!) самого лучшего на свете 7-месячного малыша. Я пишу эти строки для тех, кто отчаялся и думает, куда бежать и что делать дальше в поисках своего материнского и отцовского счастья. Я знаю, нам невероятно повезло, у нас получилось «с первого раза», и это выходит далеко не у всех. Многие делают несколько попыток, прежде чем видят заветные цифры ХГЧ в анализах. Но так или иначе – это возможно! Я знаю многих мам, прошедших тот же путь, со многими дружу. И все наши «экошные» детки – самые обычные детки. Только вот «экошные» мамы – это очень необычные мамы. Это мамы, которые вырвали свое счастье у судьбы!

            Ссылка на основную публикацию
            Adblock detector